Ты – Солнце.

Ты, твое самосознание, твое «я». Твоя личность господствует над твоим субъективным миром, заливая его светом. Свет придает предметам очертания и окраску. Твоя личность делит мир на освещенную и теневую сторону.

Свет несет в себе страх угасания. Страх тьмы.

Сядь. В жаркий летний день – сядь и смотри, как Солнце пылает в небе. Сиди долго. Дождись заката.

Смотри, как тускнеет и наливается красным солнечный диск, и вместе с ним наполняется тоской и затихает твой разум. Смотри, как он начинает дрожать и размываться по краям, и вместе с ним ты теряешь понимание, кто ты есть.

Вздрогни, когда Солнце коснется горизонта и начнет скрываться за ним. Застынь, когда оно исчезнет.

Слушай вечернюю тишину. Смотри на закатные цвета неба. Это твои воспоминания о том, кто ты был. Дождись их угасания.

Почувствуй первое дуновение прохладного ветра. Смотри в ночь. В ней есть свет.

Подними взгляд. На небе тысячи звезд.

Ты – Галактика.

«Всё проходит» – гласила надпись на кольце царя Соломона, «и это пройдёт тоже» – было написано на его внутренней стороне.

Соломон был мудр, но все-таки в первую очередь был царем – его мудрости оказалось недостаточно для того, чтобы избежать такой участи. Царем, главой государства, гомеостатической системы, самой основой существования которой была уверенность в том, что всё пройдет. Пройдет – и система вернется к равновесию. Пройдет – и случайный всплеск снова будет объявлен мелочью, не стоящей внимания. Пройдет – и хвосты функции распределения уйдут в тень, и ее главный максимум снова будет претендовать на полноту описания системы.

Где-то вдали от городов и дворцов по дорогам Израильского царства шел бродяга Соломон.

Он не служил никакому богу по контракту, и потому не было ему даровано невиданного терпения и сертифицированной мудрости, как его царственному тезке. С ним случались приступы глухой тоски и разочарования в себе, и порой, когда они становились невыносимыми, он не взывал к высшим силам, но прикладывался к бурдюку с дрянным вином и забывался сном. Утром, плеснув в лицо холодной водой, он продолжал идти вперед по дорогам мира, который клонился к закату и должен был вскорости рассыпаться в прах. Он приходил в селения и говорил людям то, что чувствовал нужным сказать. Говорил от лица солнца, зажигающего над миром новый рассвет.

Он уже очень давно не смотрел на свое кольцо, потому что в том не было нужды. Он носил его в основном для того, чтобы театральным жестом показывать при случае собеседнику, втолковывая, что из того, что свет не способен сжечь вино, не следует, что вино гасит свет.

Кольцо с надписями «Всё вернётся» и «И то самое вернётся тоже».

…Тебя разбудил утренний луч солнца – первый после многих пасмурных дней, и внезапно оказалось, что у тебя отличное настроение. Тебе хочется улыбаться, хочется пройтись по городу, послушать приятную музыку, посидеть на берегу реки с книгой. Хочется, в конце концов, рвануть куда-нибудь в короткую, непрактичную, но такую желанную поездку.
Ты ограничишься улыбкой. И пойдешь на работу.
Ты забудешь об этом к следующему утру. Ты даже не напишешь об этом пост в свой блог, не расскажешь об этом знакомым и сослуживцам. Ты понимаешь, что тем, кто не застал этот солнечный луч, будет сложно понять тебя, и их вежливо-недоуменная реакция вряд ли дополнительно улучшит твое настроение, а вот подпортить его может. Да и вообще, приставать к людям с сообщениями о том, как все хорошо, и приглашать их порадоваться вместе несколько бестактно – ведь у них может быть все не так хорошо, и тогда ты вызовешь лишь раздражение.

…Тебя неожиданно бросила любимая девушка. На пустом месте и с особым цинизмом. Ну или она просто погибла в катастрофе. Ты, возможно, напьешься, возможно, что-то сломаешь в бессильной ярости. Возможно, не пойдешь на работу, потому что сил будет хватать только на то, чтобы лежать и смотреть в потолок.
Ты поймешь, что не можешь не рассказать об этом хоть кому-то. Сбивчиво и путано изложишь свою историю лучшему другу, напишешь об этом пост в свой блог – гневно-обвиняющий, или самоуничижительный, или мрачно-философский... Тебя постараются поддержать и приободрить. Чаще всего штампованными фразами, потому что нештампованных для таких поводов в мире практически не осталось.
Может быть, ты осознаешь, что серое пасмурное небо и стены твоей квартиры постоянно напоминают тебе об этом. И уедешь куда-то «лечить нервы». Обычно нервам удается в последний момент остаться дома и радостно встретить тебя по возвращении.

…Ты поддакиваешь лучшему другу, которого бросила любимая девушка. У тебя имелось своё мнение об их отношениях, и ты не знаешь, кого из них ты в глубине души считаешь большим идиотом в этой ситуации. Но об этом бесполезно говорить, и сейчас в любом случае совсем не время. Ему надо помочь выговориться, развеяться и отвлечься.

…Ты дружески подколол приятеля, слегка приостудив его пыл. Он как-то чрезмерно радостен, слишком светится энтузиазмом и пытается рассказать тебе о чем-то совершенно оторванном от жизни. Ты не преминешь спросить его, что он курил. Даже если это будет двадцатым употреблением этого вопроса за день.

Этим парам историй несть числа.

Всё это подпитывает сложившуюся структуру отношений между людьми. Хотя «подпитывает» – не совсем правильное слово, оно подразумевает подвод энергии. Тут же нужен скорее постоянный ее отвод и рассеивание, чтобы эта выросшая за десятки поколений ледяная глыба продолжала почти мгновенно замораживать пробегающие по ней ручейки, увеличивая свою массу.

Человеку свойственно испытывать разные эмоции и вообще пребывать в различных расположениях духа. Деятельных, апатичных, бурно-радостных, умиротворенных, печальных… Возможно, это как-то связано с фундаментальным  принципом неопределенности. Так сказать, волновая функция разума не может локализоваться в каком-то одном заданном состоянии.
Есть отклонения «в плюс», когда человек более счастлив, чем обычно, есть «в минус», когда он более несчастлив, чем обычно. Они могут быть симметричными, а могут и не быть. Но отношение общества к ним принципиально несимметрично.

Не разделить бурную радость есть проявление уравновешенности и разумности. Не разделить горе есть призрак эгоистичности и бесчувственности.

Радость, эйфория, то загадочное состояние, что называют подзатасканным словом «просветление» – не служит в глазах людей оправданием поступков, идущих вразрез с общепринятым порядком жизни.

Горе, боль, отчаяние, глубокая депрессия – дают индульгенцию.

Связь «отклонение от среднего = боль» въелась чрезвычайно глубоко. Сколько людей возвышенно страдают – по-настоящему! – лишь из стремления показаться выдающимися личностями? И, что еще более интересно и тревожаще – сколько действительно талантливых людей страдали – по-настоящему – лишь потому, что откуда-то знали, что должны страдать?

Когда ты действительно сильно захочешь совершить нечто, что перевернет твою жизнь, с тебя – через твое же подсознание – могут потребовать оплату болью, несовместимой с жизнью.

Так вот. Это – лохотрон.

P.S.: Твиттер подкинул синхронизм от @Radion_star: «Нет ничего проще, чем стать писателем. Просто садишься за печатную машинку и вскрываешь себе вены». Это всё о том же, и в этой шутке меньшая доля шутки, чем кажется.

Оперирующие понятиями «добра» и «зла» — и многими другими подобными бинарными разбиениями — ставят эти метки на двух сторонах ленты-мира и утверждают, что её край и является той самой гранью добра и зла.

Это достаточно эффективно работает, если иметь дело только с небольшим её куском.

Когда их приглашают пройтись вдоль ленты, они вырываются, как щенки, которых тычут мордой в сделанную лужу.

А потом они могут потратить жизнь, чтобы объяснить себе и окружающим, где же находился незамеченный ими край, но так и не понять, что представляет собой лента.

Результаты клинических и полевых испытаний свидетельствует, что значительный процент принявших определенные дозы ЛСД либо аналогичные по действию психотропы натурального происхождения ощущают, что видят Вселенную как она есть, и то, что они видят – несовместимо со многими обыденными представлениями и страхами. Страхом смерти прежде всего.

Определенные дозы Гималаев обладают тем же эффектом.


…Ощущение возникает вскоре после выхода из Мананга и не ослабевает следующие несколько дней. Оно может быть выражено довольно-таки сухим и четким языком.


Сложившаяся традиция на подсознательном уровне настойчиво заставляет писать о подобных вещах чрезвычайно пафосно, показательно-взволнованно, перемежая речь многоточиями в общем количестве не менее пятнадцати точек на абзац и всем стилем речи многословно извиняясь за то, что читающему может быть не особо понятно, о чем, собственно, речь. Эта традиция нанесла культуре анализа измененных состояний сознания больше вреда, чем вся радикально-материалистическая пропаганда вместе взятая.

Потому что на самом деле в этом ощущении, когда оно есть – нет ничего мистического, оно настолько же очевидно и банально, как ощущение холода от порыва ветра или тепла от показавшегося из-за облака Солнца.

"Радужный флаг в современном контексте является символом толерантности, разнообразия, мира, надежды…"
И не очень-то с этим справляется. Он недалеко ушел от принятия своей точки зрения за единственно верную, своего восприятия — за заведомо полное и неискаженное, своего туннеля реальности — за Вселенную.

Разнообразие не ограничивается тем, что лично ты готов увидеть.

Флаг Полной Радуги, символизирующий более настоящее разнообразие и всё такое™, выглядит как-то так. Для человеческого глаза.

Это было одним из коанов в дзене.

У Бодхидхармы была огромная борода, и люди дзена, Учителя дзена, дали этот коан своим ученикам для медитации над ним: «Почему у Бодхидхармы нет бороды?»

Теперь они ломают свои головы, поскольку вместе с этим коаном для медитации даётся также и портрет Бодхидхармы, а на портрете имеется эта огромная борода. У него действительно была огромная борода, всё его лицо было покрыто волосами. Вот почему в Китае он был известен как «варварский Будда» [...]

Давался портрет. Портрет должен был подвешиваться в келье для медитации, и вы должны были смотреть на портрет и думать над такой проблемой: «Почему у Бодхидхармы нет бороды?»

Ошо, "Мудрость Песков"

Новые времена — новые формулировки. Но конструкция мира и суть вопроса остаются теми же.

>>> Другие варианты & English versions >>>

Хроника полёта «Аполлон-17»
14 декабря 1972 г.
В 01 час 26 мин была произведена разгерметизация кабины, открыт люк и в 01 ч 34 мин Ю. Сернан спустился на поверхность Луны. Через 4 мин спустился на поверхность X. Шмитт.
Ю. Сернан, выйдя на Луну, пожаловался, что у него чешется нос и он никак не может его почесать. Астронавты корабля Apollo-16 тоже жаловались, что во время выхода на поверхность Луны у них часто чесался нос – это их очень раздражало, и не было возможности его почесать. В шлемах для астронавтов корабля Apollo-17, помимо тороидального баллончика с питьевой водой и съедобной палочки для утоления жажды и голода во время выходов на поверхность Луны, поместили кусочек ворсистой ткани — чесать нос. У Ю. Сернана нос чесался в таком месте, что нельзя было почесать о ворсистую ткань.

И.И.Шунейко. Пилотируемые полеты на Луну, конструкция и
характеристики Saturn V Apollo. Серия «Ракетостроение»,  т. 3

Я считаю, это очень поучительная картина.

Человек стоит, заметьте, не во дворе своего дома, не рядом с популярной туристической достопримечательностью и даже не на вершине Эвереста. Он, преодолев многие опасности и продолжая рисковать жизнью, стоит на поверхности Луны, он – посланник Земли, он – воплощение прорыва технической мысли всей своей нации.

Ему б сказать что-нибудь в духе «маленького шага для человека и огромного скачка для человечества», испытать неповторимые чувства, ощутить, как в него вливается поток впечатлений, о которых он будет вспоминать всю жизнь – от него всего этого ждет пресс-служба, да он и сам от себя этого ждет, он ждал этого все долгие годы тренировок в отряде астронавтов.

Он, может, все это даже и чувствует. Но еще у него чешется нос.

В подготовку экипажа «Аполлонов» наверняка входило в том числе и вбивание в головы астронавтов мысли о том, что мелочей в космосе не бывает, и докладывать в ЦУП следует обо всём. Если б на месте Сернана оказался рядовой человек – вряд ли бы мы узнали о таких подробностях, как невозможность дотянуться носом до ворсистой ткани. Смешно же и неловко перед людьми.

Тут рождается замкнутый круг. Все считают, что говорить о таком смешно и нелепо, и никто ничего не говорит. Никто ничего не говорит, и поэтому все считают, что на Луне носы не чешутся. Само по себе это не более чем курьезно. Проблема не в умолчании.

Проблема в том, что когда человек оказывается на Луне, и у него чешется нос – он склонен делать вывод, что это какая-то ненастоящая Луна. В том, что если за почесыванием удаётся поймать кого-то другого, то это считается гарантией, что уж он-то точно не на Луне.
Невероятное количество выдающихся достижений подвергнуто сомнению, осмеяно, объявлено рутиной и стащено на уровень повседневности лишь потому, что достигший сделал что-то, что якобы никак не сочеталось с его новым статусом. 

Правда же в том, что взятие любых высот не отменяет само по себе человеческой природы.

Чего бы ты ни достиг и кем бы ты ни стал, время от времени будет чесаться нос. Ну, если он всё еще есть у того, кем ты стал. Это ни о чем не говорит.

Ангелам, как всяким пилотам, тоже бывает тоскливо и грустно. Игру на миллиарде струн и клавиш Вселенной редко воспринимаешь как власть, чаще — как долг, а иногда — как занудство. Люди обычно решают проблему просто — подкрашивают тоску алкоголем. Хоть ненадолго попросить отвернуться боль, взять передышку перед вялотекущим боем. Для ангелов нет того вещества, которым можно напиться, не веселящ для них ни один газ. Одна возможность развеяться и забыться — воплотиться. В нас.

Одни уходят в глухой запой материальности, становятся офисным пресловутым планктоном. Другие жизнь живут как лекарство, радуясь даже, что она закончится скоро. Кто-то не может
отвлечься, размышляет денно и нощно о судьбах мира, об истинной цели и сути всего, о нравственных ориентирах. Не чувствуя прав на ошибку. Кто-то живет от души, с размахом, на гулянках выбалтывая корпоративные тайны. Таких здесь называют духовными лидерами, там — выносят им порицанье. Для порядка. Пряча улыбку.

«Как жить?» — вероятно, знать ты захочешь… Так, чтоб даже среди глубокой ночи, разбуженный, смог ответить на каверзную подколку «Кто ты?» Но и поиском смысла жизни и места в мире не увлекайся — это работа. А сейчас ты не на работе.

Что наша жизнь? Одна ночь загула. Найди здесь своих и раздели веселье. Но живи ее так, чтоб когда ты проснешься ангелом — не слишком сильным было б твое похмелье.